?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Оригинал взят у alexander_pavl в Это случилось здесь: Любовь втроём на Третьей Мещанской
В 1925 году Виктор Шкловский вычитал в газете, кажется, в «Комсомольской правде», заметку о том, как в родильный дом к молодой матери пришли два её мужа-комсомольца. «Чей ребёнок?», - вопросила старая, видавшая виды регистраторша. «Наш!», - не дрогнув ответили друзья, спавшие с комсомольской богиней даже не по очереди, а сразу втроём в одной постели... Шкловскому эта история ужасно понравилась. Он заинтересовался темой и обнаружил, что ничего особенного в тот день не произошло, что браки втроём, вчетвером и в более сложных комбинациях для советской молодёжи дело привычное и ничуть не скандальное. В комсомольских коммунах – в общих спальнях - народ делал то, что ему, народу, нравилось, а привычные довоенные нормы остались уделом бухгалтеров и провизоров. Это было так просто: ведь молодёжь жила одной большой тусовкий.

plakat tretja 1

Хоть это слово пришло в язык на несколько десятилетий позже, но оно точнее отражает суть комсомольских коммун, чем вся коммунистическая риторика, громыхавшая над коротко подстиженными головами спортивных девушек. Девушки выбирали себе мужчин, а те старательно забывали мелкобуржуазное слово «ревность» и ласково косились на своих товарищей – гомосексуализм уже не считался уголовным преступлением. Воспламенённый Шкловский бросился писать сценарий для кино и спустя совсем короткое время отличный фильм Абрама Роома «Любовь втроём (Третья Мещанская)» победно шагал по советским экранам.

rod drei

Позже в своих недостоверных мемуарах Шкловский вскользь упомянул, что сочинял сценарий, проживая по соседству с Маяковским и Бриками – Лилей и Осей. Да, это была самая знаменитая «тройная» семья в Советской России! Владимир Владимирович Маяковский во весь голос и навсегда прославил трёхспальную кровать, из которой, впрочем, Лиля Брик выкинула его задолго до 1925 года. Но комсомольцы, восхищаясь большим поэтом, экспериментировали с сексом, не слишком приглядываясь к поворотам его судьбы. Они вдохновлялись страстными криками таких идеологов свободной любви и секса, как А.В.Луначарский и А.И.Коллонтай, которая выступила со знаменитой теорией «стакана воды», утверждая, что сексуальные отношения надо упростить – ведь «это» так же естественно, как стакан воду в жаркую пору. Владимир Ленин, бегло пролистав несколько манифестов свободной любви, вспомнил, вероятно, свои запутанные отношения с двумя в высшей степени очаровательными женщинами и, вздохнув, промямлил нечто неразборчивое в том смысле, что, мол, это всё замечательно, но палку перегибать не стоит.

armand-1 vladim1 Krupskaya-1

Однако палка была здорово перегнута. Сексуальная революция бушевала на просторах РСФСР с неукротимостью урагана, и в 1927 году старый большевик, нарком юстиции Курский, не смог сдержать слёз радости, сообщив Съезду Партии о том, что семья стремительно разлагается и извинился за то, что «какие-то элементы этого отжившего института приходится временно оставить в силе».

Можно предположить, что традиционная семья попросту не соответствовала темпам жизни молодой Республики Советов. В конце концов, если даже счесть комсомольский образ жизни бытовым экстремизмом, то ведь и в «мещанской» среде бухгалтеров-провизоров начались подвижки. Сделав «церковное таинство» необязательным, максимально упростив процедуру регистрации брака и развода, большевики выпустили русского демона безграничной воли на свободу. Едва познакомившиеся пары тут же регистрировались – «для порядка» - и жили вместе, пока друг другу не надоедали, то есть, от пары месяцев до полугода. А потом расходились. Устойчивыми становились лишь те семьи, которые создавались по искренней любви или по жёсткому экономическому расчёту. Всё остальное летело по ветру мякиной. Никакой социально-экономической основы для постоянного совокупного сожительства не было.

zosch samo Bulga

Михаил Зощенко и Михаил Булгаков - возьмём эти два имени наугад, как наиболее громкие ныне, из имён литераторов 20-х годов - многократно описывали эфемерные семьи, создаваемые под случай. Да и сами эти авторы вели жизнь, по позднейшим меркам несколько странную. У Зощенко была привычка выдавать своих мимолётных любовниц замуж за хороших парней, заодно предлагая им приданное, а Булгаков скурпулёзно рассчитывал выгоды от своих браков. Первую свою жену, простую девушку из интеллигентной киевской семьи, он оставил ради богатой нэпманши, а когда НЭП стали сворачивать, бросил ставшую обузой вторую жену и женился на столичной даме с контактами в ГПУ. «Жён надо менять, дорогой мой, менять жён надо» - говорил ему, похлопывая по плечу, Алексей Николавевич Толстой, и Михаил Афанасьевич Булгаков следовал разумному совету своего старшего товарища. Можно не сомневаться, что, если бы по какой-то причнине ГПУ потерял бы своё влияние и рулить в РСФСР стали бы учёные, то Булгаков стремительно разлюбил бы свою дорогую Елену Сергеевну и проникся бы страстью к какой-нибудь профессорше из штата Академии Наук. Вы думаете, в своих матримониальных рассчётах Михаил Булгаков был одинок? Как бы не так. Это было массовым поветрием.

konstruktivism klub 01

Рождение детей тоже становилось предельно рационализированным процессом. Нашумела программная пьеса Сергея Третьякова «Хочу ребёнка», где героиня в согласии с евгеническими правилами высчитывала, от кого из её знакомых парней можно получить наиболее перспективную наследственность для бэбика. Конечно, пьеса была отчасти утопическая, однако она указывала вектор, по которому могла двинуться история интимных отношений в Советском Союзе. Государство в двадцатые годы шло навстречу тенденции и планировало создание Детских Домов, ясель и всякого рода заведений для облегчения процесса воспитания детей для тех, кто занят на работе.

Это было совсем не глупо и для того времени более чем прогрессивно - такие «детские учреждения» не имели ничего общего с более ранними приютами для сирот, курировавшимися вдовствующими Императрицами, и более поздними интернатами развитого социализма, неотличимыми от концлагерей. Задуманные Детские Дома предполагались чем-то вроде «пятидневного детского сада» рубежа пятидесятых-шестидесятых, но создать их так и не успели, ибо вектор переменился, и там, где веяли ветерки, вздымавшие лёгкие ситцеве юбочки комсомолок, начали вставать тяжёлые заборы запретов и уточнений, останавливавшие любое свободное движение воздуха.

Хотя в середине двадцатых казалось, что пути назад нет и быть не может, прошло совсем немного времени, может быть, лет пять, а от коммун, свободных браков и вольного секса не осталось никакого следа, никаких упоминаний, даже мемуарные свидетельства об этих весёлых днях стали появляться лишь в 60-е годы.

sport2

Отношения мужчин и женщин двадцатых годов - чистая прагматика, помноженная на романтику открытых чувств и отрицание лицемерия. Однако прагматизм и «социалистическая искренность» очень скоро начали раздражать реконструкторов Российской Империи, и с самого верха началось внедрение в массы старой доброй сакральности, слегка подновлённой квазимарксистской риторикой. Лицемерие было признано более удобным инструментом манипуляции массами, чем голый конструктивизм.

PS. Я не хотел публиковать эту часть статьи, полагая, что всё перечисленное - общеизвестные факты. Но меня убедили, что есть явления, о которых всегда полезно лишний раз напомнить.


Comments

( 2 comments — Leave a comment )
Natalya Anferova
Jul. 27th, 2016 07:39 pm (UTC)
О, это прекраснейший фильм! А в наше время с ним гастролирует Псой Короленко, который придумал ему саундтрек и отчаянно изображает тапера из 20х))) Чудное шоу!
dana_protasova
Jul. 27th, 2016 07:51 pm (UTC)
надо будет посомтреть ))
( 2 comments — Leave a comment )